Сильные глаголы
На последнем занятии по немецкому языку она говорит мне: вот мы с вами пока — всё можем, а придём на экзамен и со страху забудем все буквы. Я говорю: не бойтесь, немецкий язык не сложен, намного легче французского и даже легче английского, а если страшно — дышите: медленный-медленный вдох – и ещё медленней выдох, и всё получится. $\hspace{80 pt}$Да! Дыхание — это всё, говорит она увлечённо, когда ракета разорвалась возле нашего дома, я перестала дышать, не могла, никак не могла. И жутко так без дыхания. ……………………………………… А потом получилось дышать часто-часто, как будто собака, быстро-быстро, ещё быстрее, и смогла, научилась дышать, научилась дышать снова, поняла: уезжать надо. И я думаю: Господи, счастье, что они умеют бояться экзаменов и артиклей, падежей, склонений, спряжений, слабых и сильных глаголов. Я говорю: Deutsch, bitte, мы в Германии, не на Марсе, на курсе немецкого, кстати. Но они такие родные, обычно-светлые люди, словно бы не из ада, а из кухни моего детства, из моего мира, который я потеряла сто двадцать лет назад, где говорили «шо», «буряк», и тянули «о», и «г» пролетало сквозь горло, не находя препятствий. С теми же интонациями, что подруги с мамой болтали: …ну шо, наш дом разбомбили, своего послала я глянуть, хоть что-то там, может, осталось, а, только кроссовки испортил, подошвы совсем прогорели… …Когда мы жили в подвале, когда мы воду цедили холодную из батареи… (Говорили и торт ели, в честь последнего дня занятий…) …Из батарей разве можно, в неё же всегда добавляют… …Ну слушай, а что было делать?.. Обиженно, будто сказали, что борщ варила неверно, без буряка и томата. …И с лобового стекла иней, потом растопить — вода хорошая, пили… («Фанту» пьют и смеются). …Человек нас под двести было в подвале, старые, дети… Живые и не живые… (Лишь молоденькая девчонка, из Мариуполя тоже, пошла в туалет и потом минут тридцать не возвращалась, сбежала от разговора — модница, умница, птичка, будущего хотела, в Германии, что ей глаголы, уж поёт и экзамен сдаст, хотела прошлое löschen, вытравить, выбелить, выжечь.) А тот, кто испортил кроссовки, рассказывал, как готовил еду на костре перед домом, для всех готовили, скопом, между обстрелами, если было время, и чай кипятили… Мне слышится в голосе что-то, как у солдат, которые говорят: настоящее всё осталось на линии фронта. Там он спасал жизни. Здесь он беженец, и не может понять, зачем, почему «сильные глаголы».